Сделка с дьяволом
Война до победы все очевиднее превращается в бесконечную войну, которую нельзя прекратить, но и нет смысла продолжать.
Война до победы все очевиднее превращается в бесконечную войну, которую нельзя прекратить, но и нет смысла продолжать.
Грядет распад правительства чрезвычайного положения. Нетаниягу прекрасно это чувствует, однако не может повлиять на этот процесс.
Хамасовские лидеры чувствуют себя гораздо увереннее; возможно, им удалось перебраться в более надежные убежища и увести туда заложников.
Нетаниягу годами обещал, что защитит Израиль от террористов. Главный редактор The New Yorker Дэвид Ремник рассказывает, почему теперь многие винят в войне именно премьера.
Настоящая катастрофа, геноцид, ужасающая по своей жестокости трагедия навсегда останется в наших сердцах.
Пресловутое сокращение оказывается чисто символическим. И это неудивительно: коалиционные деньги - цемент, на котором держится власть.
Война поставила перед нами проблемы не только в сфере безопасности. Необходима профподготовка и стимулирование ультраортодоксов для выхода на рынок труда.
Вот уже 100 дней, как в Израиле идет война с террористической группировкой ХАМАС. Не мы это начали, но мы это закончим.
Теперь, когда первая фаза войны в Газе заканчивается, Бени Ганц, Гади Айзенкот и Гидеон Саар стоят на распутье. Как в детской сказке.
На правом фланге не оценят великодушия Ганца, если он останется в коалиции Нетаниягу слишком долго, на левоцентристском фланге ему этого не простят.
Мы быстро убедились, что наша армия не непобедима, наша разведка не всесильна, наше правительство… Впрочем, здесь изначально не было иллюзий.
Если искать аналогии, то с 1-й Ливанской, которая началась в 1982-м, номинально продолжалась несколько месяцев, но завершилась только в мае 2000-го.
Затевая подобный скандал, члены правой коалиции рискуют, прежде всего, собственной репутацией. Но они знают: "осадок останется".
90 дней войны оказались слишком продолжительным сроком пребывания в стагнации и спячке для политической системы.
2024-й станет годом выборов не только в США. Но если мы говорим об Израиле, то возникают два существенных вопроса.
Премьер-министр Израиля заявил, что не планирует уходить в отставку, и подчеркнул, что он сделал Израиль сильнее.
Народ Израиля, переживший острое горе и мощный всплеск единства, начинает погружаться в усталость и апатию, усугубленную психологической травмой.
С одной стороны, общество сдвинулось вправо, с другой - поддержка партий нынешнего правого лагеря упала до предельно низкой точки.
Мы увидели, что наше чувство защищенности и безопасности, наша готовность "к любому сценарию" - иллюзии, стоившие жизни сотням израильтян.
29 декабря - год правительству Израиля, при котором случилось самое грандиозное фиаско в истории страны.