Пенсионные игры
Как известно, положение репатриантов, приехавших в Израиль после 45 лет, зачастую тяжелее тех, кто приехал уже в пенсионном возрасте по двум причинам. Во-первых, они не имеют права на получение социальных пособий.
Как известно, положение репатриантов, приехавших в Израиль после 45 лет, зачастую тяжелее тех, кто приехал уже в пенсионном возрасте по двум причинам. Во-первых, они не имеют права на получение социальных пособий.
Никакие социальные протесты в Израиле не смогут достичь успеха, пока русскоязычные израильтяне не станут "агентами перемен".
Русскоязычные депутаты, давно уже свившие уютные гнезда в разных партиях, неожиданно сообщили о создании "русского лобби" для решения проблем репатриантов. Как говорят в таких случаях на коренном языке: "что вдруг?"
Израильским политическим лидерам 90-х приписывают высказывания о том, что пенсионная проблема пожилых репатриантов "решится естественным путем". Такой подход, если он существовал, был не только циничным, но и наивным.
Люди, ни единого дня не проработавшие в Израиле социально защищены лучше, чем эти честные пахари. По крайней мере, у них к пособию по старости хотя бы социальная надбавка есть.
За 20 лет работы даже теоретически невозможно скопить достойную накопительную пенсию. Эта проблема требует безотлагательного решения. Цена вопроса - полтора миллиарда шекелей в год.
В Израиле около 180,000 пенсионеров живут за чертой бедности. 150,000 из них - репатрианты из бывшего Советского Союза, Эфиопии и других стран. Эти люди должны каким-то образом выживать.
В своих стрекозьих очках даже не заметила, как подползла к пенсии. Мне, как всем, с 2008 пошли пенсионные отчисления. Cветит где-то 100 тысяч. Или 400 шекелей в месяц. Взять бы все разом, закрыть машканту
С таким правительством хорошо к земле привыкать. Бюджет позволяет. В нем нет ни одной статьи расходов на решение пенсионной проблемы репатриантов. На харедим – сколько угодно.
Я - человек левых взглядов, но мне, как и остальным пенсионерам, все равно, чьими стараниями будет решен вопрос о пенсиях. На данный момент, насколько я знаю, существует только один реальный проект.
Cколько я себя в Израиле помню, фонд социального жилья распределяется у нас не поровну, а по честности с точки зрения Минстроя.
Подавляющее большинство репатриантов последней волны из бывшего СССР, в том числе те, кто отработал в Израиле 20-25 лет, выходя на пенсию, попадают в нищету. Буквально.
Сейчас настало время решать, что делать с "русскими стариками", которые и пенсию нормальную не заработали, и пособия по старости с социальными надбавками не заслужили.
Почему репатрианты – с дипломами, званиями, регалиями, опытом в руководстве и в организации – шли и до сих пор работают на стройках, на заводах, в охране, спрятав не понадобившиеся дипломы и амбиции подальше?
Мы разводим нищету, плодим поколения паразитов, не способных прокормить ни себя, ни свое многочисленное безграмотное потомство.
Нищета в старости - это перспектива огромного количества израильтян. Но острее всего стоит этот вопрос перед выходцами с территории бывшего СССР, которые прибыли в Израиль в возрасте сорока.
Давид Эйдельман пишет о том, о чем многие из нас предпочитают не задумываться - о старости в 21 веке. Хотим ли мы и вправду жить до 120?
Многие из "критиков" задаются вопросом, почему эти люди молчат. Как почему? Русскоязычных пенсионеров приучила советская власть: общественное нужно ставить выше личного.
Каждый третий израильтянин, принимающий антидепрессанты, вовсе не обеспокоен ядерной угрозой. Нас беспокоит не ядерная катастрофа, а катастрофа экономическая.
Коалиционное соглашение и предложения гендиректора Битуах-Леуми не решат проблемы пенсионеров, если не будут предприняты дополнительные шаги.